Возобновляем наш эксперимент: просим настоящих экологов, профессионалов, экспертов в области охраны окружающей среды, стать рецензентами и оценить с профессиональной точки зрения фильмы или книги на экологическую тематику, снятые или выпущенные когда-либо. Вадим Ни, председатель Экофорума общественных организаций Казахстана, эксперт в области международного экологического права, выбрал для анализа фильм «2012», в котором режиссер Ролланд Эммерих показал, какой экологический апокалипсис ждет человечество. Может ли такое случиться на самом деле?
Автор: Вадим Ни
Если говорить о художественных фильмах, то там на мой придирчивый профессиональный взгляд там почти все далеко от возможных сценариев развития экологических последствий на нашей планете. Просто потому что современное популярное кино создается и воспринимается по своим законам визуализации определенных явлений и идей.
Основной киножанр, который используется для освещения современных экологических вызовов – фильм-катастрофа. Почему так часто используется именно этот киножанр?
С одной стороны экологические проблемы рассматриваются в качестве первопричины современного апокалипсиса человечества, да и сам эйнвайроментализм выстроен на алармистских (паникерских, — ред.) идеях. С другой стороны современный человек пытается создать и охранять от внешних воздействий свое индивидуализированное пространство и пробиться к нему с нравственным назиданием «беречь природу» очень сложно. И для этого используются различные художественные приемы, объединенные идеей, что остановиться от безудержного разрушения планеты возможно только под угрозой надвигающегося экологического апокалипсиса современного человечества.
Начну с фильма , который считаю скорее тонким троллингом, основанным на наложении огромного количества мемов данного жанра – это фильм “2012” режиссера Ролланда Эммериха. Сразу оговорюсь, что все то, что происходит в фильме с точки зрения научной обоснованности – полнейший абсурд, но с подчеркнутой выпуклостью приемов визуализации идей и явлений, характерных для фильмов-катастроф. Остановлюсь на некоторых из этих приемов, а их там ну очень много.
Мистическая точка обратного отсчета апокалипсиса
В данном фильме – это 21 декабря 2012 года, популяризированная с помощью знаменитого календаря майя. Я побывал за два года до этой даты в Чичен-Ица – это политический и культурный центр майя на севере полуострова Юкатан, со многими сохранившимися памятниками этой древней цивилизации. Наш экскурсовод, заведовавший в прошлом вопросами культуры в местном органе власти, мягко уклонялся от провокационных вопросов туристов по этой легенде. В ней нет больше необходимости для раскрутки полуострова Юкатан в качестве популярного места для туризма – сюда приезжают тысячи.
Очевидно, что 21 декабря – это всего лишь день зимнего солнцестояния с самой короткой светлой частью суток в году для древних майя, чрезвычайно увлекавшихся астрономией. При этом один из сохранившихся календарей древних майя почему-то ограничился 2012 годом. В итоге это раздутая мистика, которая сослужила добрую службу для раскрутки отличного места для международного туризма.
Одна единственная неотвратимая первопричина любой катастрофы человечества
В фильме “2012” – это мельчайшие частицы нейтрино с поверхности Солнца, бомбардировка которыми земного ядра загадочным образом приводит к сумасшедшему разогреву земного ядра. Это необходимо режиссеру Ролланду Эммериху, чтобы использовать землетрясения и извержение вулкана в Йеллостоунском национальном парке для эмоционально насыщенной и эффектно показанной катастрофы. З
Землетрясения позволяют использовать особый напряженный фон экстремального природного явления, ассоциируемого с наибольшим количеством человеческих жертв и разрушений. Извержение вулкана дает визуальное восприятие с огненной лавой, пеплом и дымом, ассоциируемых и с адом, и с последним днем Помпеи. Но это очень странные нейтрино, которые обладают такими характеристиками только в воображении Ролланда Эммериха.
Сжатие временного пространства между первопричиной и катастрофическими последствиями
По ходу почти всей картины главный герой находится в постоянном напряжении «дедлайнов», связанных с разогревом земного ядра, ускользая в самый последний момент от разломов земной коры, выбросов огненной лавы, надвигающейся волны Всемирного потопа и т.д. В реальных природных и социальных процессах природные катастрофы являются чаще всего следствием цепочки событий, действий и отношений, растянутых во времени и пространстве и не обладают такими визуальными эффектами внезапности и одномоментности.
В большинстве случаев экологическая деградация нашей среды обитания, последствия изменения климата происходят в виде медленно протекающих явлений, как например постепенные повышение уровня моря, температуры, подкисление океана, отступление ледников, засоление почв, деградация земель и лесов, утрата биоразнообразия и опустынивание и они происходят повсеместно по всему земному шару.
В то время как экстремальные природные явления, включая ураганы, наводнения, сходы селевых потоков, Эль-Ниньо и другие, происходят реже, в локальных точках, но производят гораздо больший эффект на человеческое восприятие. Поэтому столь популярна с точки зрения видео и фото тема Аральского моря. Хотя сокращение его площади происходило медленно и долгие годы, все внешние эффекты катастрофы уже проявились, когда оно почти полностью высохло.
Постоянные переносы срока гибели человечества
Во многих фильмах-катастрофах первоначально выясняется одна приблизительная дата очередной даты гибели человечества, затем она постоянно переносится на более ранние сроки. Обычно это позволяет придать больший динамизм и напряжение по ходу фильма, иначе это «Меланхолия» Ларса фон Триера, которая не рассчитана на массового зрителя.
В фильме «2012» перенос сроков выполняет еще и другую функцию, декабрь в Северном полушарии неподходящ для показа многих сцен, например с длительными погружениями в воду, необходимостью съемок людей малодинамичными в зимней одежде и в холодное время года. В то время как объединение эффектов глобального потепления и последующего экстремального похолодания была использована ранее режиссером в фильме «Послезавтра».
Фрик как неуслышанный человечеством предственник беды и гениальное озарение ученого-одиночки
Еще один, активно эксплуатируемый в кино и медиа образ – это «зеленый» фрик. В фильме Ролланда Эммериха он представлен в качестве загадочного чувака из Йеллостоунского национального парка, непонятым образом узнавшим о скрываемой информации о грядущей гибели человечества. Использование такого образа в медиа во многом связано с тем, что в реальности люди, осведомленные об экологических проблемах и их возможных последствиях, очень скучны в стремлении быть точными и консервативными в своих оценках.
Конечно, подобного рода «фриков» можно обнаружить и в реальной жизни, но чаще всего они не обладают достоверными данными, необходимыми знаниями и даже не выполняют основной роли в сохранении тех или иных природных объектов в ходе общественных кампаний, но тем не менее пользуются медийной популярностью.
Антипод такого фрика – это обычно какой-нибудь талантливый ученый, неожиданным образом выявивший, что нашей планете грозит гибель в самое ближайшее время и в этом фильме он тоже есть. Конечно, в реальной жизни проработка возможных последствий экологических бедствий и катастроф – это результат работы большой группы ученых и любой вариант того, как поведет себя природа имеет ту или иную степень вероятности. Нельзя назвать ни дату катастрофы, ни один определенный сценарий развития последствий такой катастрофы. «Вспышками гениального озарения» обычно в реальной жизни отличаются «ученые-мистификаторы», которые пользуются большей популярностью в странах с низким уровнем научной проработки соответствующих вопросов.
В целом, для меня фильм “2012” – это явный перебор с визуализацией эффектов и использования стандартных вариантов гибели планеты Земля. Они понятны, эффектны, но не содержат познавательных элементов и не имеют взаимосвязи с реальностью. В настоящее время экология и климатология – это сложившиеся научные дисциплины и области профессиональной деятельности, основанные на определенном наборе знаний. Однако в обществах с низким уровнем экологической осведомленности их освещение может застрять на уровне мифологий, мистификаций и фриковости, если не работать над собственно контентом самих освещаемых вопросов.